У персонажей Рина Барреры нет привычных лиц. Вместо глаз, рта и мимики — цветные пятна, кресты, стрелки, линии, случайные узоры. Кажется, будто кто-то использовал их головы как холст для абстрактной живописи.
В каком-то смысле так и есть. Только для Барреры этот холст — метафора человека, а рисунок на нём — история жизни. Прежде всего, его собственной.
Сегодня филиппинский художник создаёт живопись и скульптуры, выставляется в галереях и известен прежде всего благодаря придуманному им персонажу Ohlala. Но история этих фигурок начинается не с коллекционирования дизайнерских игрушек, а полного отсутствия игрушек в детстве.
Игрушки, которых не было
Баррера родился в Париже, но вырос на Филиппинах с бабушкой: его родители работали за границей. Детство художника пришлось на 1990-е и позднее он описывал его как «лишённое игрушек». Поэтому игрушки приходилось создавать самому. Из обрезков дерева, ткани и всего, что оказывалось под рукой. Toy deprived kid — «ребёнок, лишённый игрушек» – так себя называет художник.
Спустя годы эта детская фрустрация преобразовалась в художественный метод. Дерево и ткань остались главными материалами, а самодельная фигурка перестала быть заменой фабричной игрушки и стала самостоятельным произведением.
Даже став известным художником, Баррера сохранил ироничное отношение к коллекционированию. В одном из интервью он вспоминал, что ребёнком хотел LEGO, но так и не купил его себе взрослым: шкафы дома заняты инструментами и покрыты пылью. Зато со временем он увлёкся авторскими игрушками и приобрел в коллекцию работу KAWS.
В этом и заключается парадокс его искусства. Баррера пришёл в мир той-арта не столько как коллекционер, сколько как человек, который когда-то научился создавать игрушки именно потому, что не мог ими обладать.
Ohlala: лицо вместо слов
Главным персонажем Барреры стал Ohlala — странное человекоподобное существо с непропорциональным телом, длинными конечностями, грубо сшитой одеждой и покрытым рисунками лицом.
Идея родилась из простой фразы: «У тебя всё на лице написано».
Барреру заинтересовало противоречие между тем, что человек говорит, и тем, что выдаёт его лицо. Поэтому Ohlala должен был стать способом коммуникации без слов: его состояние выражают цвет, рисунок и символы.
«Независимо от того, что мы говорим, наши настоящие чувства всё равно можно прочитать по выражению лица».
Поэтому абстракция у Барреры работает почти как мимика. Стрелки, кресты, капли, лестницы и параллельные линии складываются в визуальный язык, но у него нет фиксированного словаря. Художник сознательно оставляет зрителю возможность интерпретировать увиденное через собственный опыт.
Так Ohlala оказывается где-то между игрушкой, портретом и автопортретом. У персонажа нет реалистического человеческого лица, но именно поэтому в нём оказывается удивительно много человеческого.
Мы рождаемся одинаковыми — но не в одинаковых условиях
За яркими цветами и почти детской формой скрывается тема, которую можно не заметить с первого взгляда: социальное неравенство.
Баррера говорит, что люди в основе своей устроены одинаково, но обстоятельства, в которых они рождаются, радикально различаются. Один появляется на свет в богатой семье, другой — в среднем классе, третий — в бедности. Художник переносит эту разницу на своих персонажей: их базовая форма похожа, но количество деталей, одежда, рисунки и внешний облик различаются.
Именно здесь становится особенно важным материал головы Ohlala.
Баррера покрывает её чистым холстом, а затем наносит поверх него символы. Для художника этот холст означает возможность самостоятельно определять дальнейшую историю персонажа. Ohlala будто получает право нарисовать собственную судьбу.
«Мы все похожи на Ohlala: у нас есть выбор».
В этом смысле фигурки Барреры можно читать как маленькие модели общества. Исходные условия распределены несправедливо и не зависят от самого человека. Но поверх полученного при рождении «тела» всё ещё остаётся пространство, которое можно заполнить самостоятельно.
Это не наивная история о том, что любой человек способен просто захотеть и отменить социальное неравенство. Скорее Баррера сталкивает две вещи: обстоятельства, которые нам достаются, и субъектность, которую мы пытаемся сохранить внутри этих обстоятельств.
Красота ошибки
Даже технически Баррера сопротивляется идее абсолютного контроля.
Работая с акрилом, маслом и аэрозольной краской, он часто начинает с очень свободной абстрактной формы. Потёки, пятна и брызги художник не всегда исправляет. Наоборот, случайность может определить следующий этап работы.
Отсюда характерная эстетика его произведений: детское соседствует с тревожным, милое — с мрачным, аккуратно изготовленная скульптура — с испачканной поверхностью.
Сам Баррера говорил, что часто вообще не знает, каким окажется произведение в конце. «Ошибки» помогают ему решить, куда двигаться дальше.
Это роднит его метод с самой философией Ohlala. Если персонаж учится существовать внутри обстоятельств, которые не выбирал, то и художник не пытается полностью уничтожить случайность. Он реагирует на неё и превращает её в часть произведения.
Среди главных художественных ориентиров Баррера называет работы Жана-Мишеля Баския, Дэвида Мака и Дэвида Чоу — художников, которых он объединяет одним качеством: готовностью рисковать.
Его собственная формулировка ещё короче: «Комфорт убивает творчество».
От маленькой мастерской до галерей
Успех не превратил практику Барреры в стерильное производство.
В 2021 году он рассказывал, что фактически занял две спальни в доме своей тёти: одна стала помещением для работы с деревом, вторая — для живописи и шитья. Когда работы становилось особенно много, художник спал рядом со своими произведениями, чтобы утром сразу продолжить.
При этом Ohlala постепенно вышел далеко за пределы этой импровизированной мастерской. Баррера начал работать с Thinkspace Projects после того, как галерея заметила его на Moniker Art Fair, где он участвовал вместе с филиппинской Vinyl on Vinyl Gallery. В 2021 году Thinkspace представила его персональную выставку Cluster Fudge в Лос-Анджелесе.
Менялся и сам персонаж. Ohlala существует в живописи, деревянных и смешанных скульптурах, маленьких фигурках и значительно более крупных объектах. В некоторых работах появляются механизмы и подвижные элементы. На эксперименты с ними Барреру вдохновили механические скульптуры Пола Спунера; художник начал использовать 3D-печать, моторы и даже деревянные шестерёнки.
Но при изменении масштаба и материала главный принцип остаётся прежним: персонаж становится носителем человеческого опыта.
Нарисовать собственную судьбу
В 2025 году в персональной выставке King In A Mood эта идея получила ещё более политическое звучание. Баррера говорил о необходимости «вернуть власть самим себе», чтобы вновь почувствовать контроль над собственной жизнью. В его новых произведениях настроение снова становилось содержанием: абстрактные узоры на лицах определяли эмоциональное состояние всей картины.
За несколько лет до этого художник сформулировал похожую мысль гораздо проще:
«Жизнь становится такой, какой ты сам её делаешь».
Возможно, поэтому Ohlala оказался настолько живучим персонажем.
Он родился из воспоминания ребёнка, которому не хватало игрушек. Его имя взято из семейной истории Барреры. Его тело хранит следы ручного труда. Его лицо становится пространством для эмоций, которые невозможно или не хочется произносить вслух. А чистый холст, которым Баррера когда-то решил обернуть голову своей фигурки, превратился в центральную метафору всего проекта.
Перед нами персонажи, которые изначально похожи друг на друга, но постепенно покрываются разными знаками, почти как люди.
Мы не выбираем место рождения, семью, социальный класс и множество событий, которые формируют нашу жизнь. Но Баррера оставляет своим героям хотя бы одну радикально оптимистичную возможность — рисовать поверх того, что им досталось.
История Reen Barrera — это история художника, который сумел превратить личный опыт в узнаваемый художественный язык. Его главный персонаж Ohlala оказался одновременно арт-объектом, дизайнерской игрушкой и способом говорить о человеческих чувствах, детстве и социальных обстоятельствах. Сегодня Reen Barrera — известный филиппинский художник, чьи дизайнерские игрушки, коллекционные фигурки и скульптуры объединяют эстетику современного искусства и культуру art toy. Возможно, именно поэтому работы Барреры интересны не только коллекционерам: за необычным внешним видом Ohlala скрывается история человека, который однажды начал создавать игрушки потому, что не мог их купить, а спустя годы превратил эту детскую потребность в искусство.
